Опубликовано: «Петербург на Невском», изд. ООО «Экспресс-Сервис» №1 2003 г.

Текст: Мария Евневич

Генетики разводят руками, а китайцы размножаются. С их доминантными генетическими признаками -- черные глаза, темные прямые волосы -- китайцы делают китайцев из любых других национальностей, которые с ними связываются: все дети рождаются таковыми.

Посмотрела по сторонам и поняла: все, что принято думать про Китай, не соответствует действительности. Здесь не так уж много пагод, а больше ветхих хижин и тесных лачужек. Здесь нет драконов, зато много куриц. При этом китайцы умудряются сохранять глубокое внутреннее спокойствие и полное безразличие ко всему, что происходит за пределами их двора. Можно кричать и топать ногами -- они просто не реагируют. Мне не по себе, я не понимаю их психологию, а очень хочется. Можно завести роман с китайцем – говорят, это всегда облегчает взаимопроникновение культур, но меня пугает их антисанитария. Остается только наблюдать.

Китайцы на улице не говорят по-английски, и посадили нас не на тот автобус: мы хотели приехать на главную площадь, а приехали на базар, где сразу с криком на нас набросились торговцы. Пришлось есть жареных скорпионов. Скорпионы похожи на семечки, а я все равно не чувствую себя здесь в своей тарелке. Душ упирается мне в макушку, и очень низкие потолки давят.

Китайцы всех победят, потому что природа с ними заодно, и они во всем ориентируются на природу. Европейцы живут по часам, а китайцы – по Солнцу, это касается даже работы, политики, общественной жизни. В Пекине есть такое мероприятие наподобие линейки в пионерском лагере: подъем и спуск национального флага. Так вот, подъем флага происходит с восходом, а опускается он ровно в тот момент, когда солнце скрывается за горизонтом. Когда я наблюдала эту процедуру, в 17.05 перекрыли движение по улице, проходящей между мавзолеем Мао и площадью Тяньаньмэнь, от мавзолея к флагу прошествовали, чеканя шаг, 32 гвардейца, а через 4 минуты флаг был спущен. Это было в 17.09. Толпы маленьких китайцев закончили работать в 16.30 и к пяти уже пришли на главную площадь. На следующий день процесс должен начаться чуть позже, ведь дни же удлиняются.

Пыталась есть палочками какие-то овощи в соусе, испачкала ресторанную скатерть. Оказалось, что это был суп и для него есть ложка. 

Полетели на южный остров Хайнань. Он очень хочет стать международным курортом, но у него пока не получается.

Читаю философскую книгу про Китай. Там пишут, что у китайцев другие диалектические пары понятий: у европейцев движение – жизнь, а у китайцев покой – это жизнь. Действительно, они живут созерцая, пьют чай и играют в настольные игры. Спешить незачем, стремиться некуда. Женщины готовят, воспитывают малышей, а мужики режутся в карты.

Оказывается, в магазинах надо торговаться, снижая цену минимум в полтора раза. Купила себе национальную коническую шапку. Из-под нее мир выглядит совсем по-китайски: она нависает на глаза, и горизонт становится уже и ниже, как будто смотришь с прищуром. Китайцы используют эти шапки как зонты: зонт на голове – это очень удобно.

Очень много китайцев, они ходят за тобой по супермаркету и смотрят, что ты покупаешь. Для них, видимо, интересна психология белого человека. Я, как в аквариуме, не могла сосредоточиться и купила острые орешки. Еле съела, хожу, как огнедышащий китайский дракон.

Пью по 3 литра зеленого чая в день и чувствую себя отлично. Научилась останавливать вертящийся круг с едой, втыкая палочки в понравившуюся тарелку, особенно когда хочется кушать.

Сегодня рекорд дня: сбили цену на чай на 75 процентов, купили две большие банки. Празднуем китайским пивом пекинского разлива, идет нормально.

Побывали в настоящей мелкой горной деревушке. После нашего визита у местного населения явно изменилось летосчисление: до прихода больших голых белых людей и после их ухода. Сбившись в кучки, местные ханьцы, никогда не видевшие европейских туристов, на почтительном расстоянии преследовали нас по всему городу, внимательно разглядывая. Наиболее интересны для них были рост, цвет кожи и тот факт, что мы были в шортах и футболках, в то время как они уже напялили на себя зимние куртки. Они таращились на нас, дружно хихикали и даже не пытались всучить втридорога свои поделки: видимо, у них просто не было привычки набрасываться на туристов с тухлыми коммерческими предложениями.

Были в национальной деревне, первый раз заметила симпатичного китайца. То ли до этого попадались одни уроды, то ли просто я начала различать эти полтора миллиарда одинаковых лиц.

Китайская кровь – самая сильная. Каждый, имеющий хотя бы половину такой крови – уже китаец. Даже евреи, считающие своим любого рожденного еврейской женщиной, для китайской крови делают исключение.

Смотрели остров обезьян. На острове 2000 обезьян без клеток и загонов, некоторые гоняют на велосипедах. Рекомендуется очень крепко держать сумочки и не носить красное.

В скале на острове буддийский храм. Мы в церквях ставим свечки, а китайцы зажигают ароматические палочки. У ног статуи Будды ванночка с песком вся утыкана палочками и источает невообразимый запах...

Торговались даже в ресторане, сначала из-за цены за килограмм рыбы, потом из-за веса, потом один человек из нашей группы сам рыбу выловил, а я ее сама взвесила. Китайцам было не отмазаться.

Выучила пару иероглифов и умею говорить «хороший», «здравствуйте», «спасибо» и «я тебя люблю». Каждый раз как я произношу: «Ни хао», -- разрез моих глаз становится все уже и уже.

Китайские духи и божества вполне лояльны к европейцам. Вчера мы жгли свечи в воде и просили у них хорошую погоду -- сегодня у нас первый день солнца. Европейский завтрак разочаровал. Очень хочется риса, соевого сыра и кисло-сладкого соуса.

Вечером сидела и смотрела на море, раньше и минуты не могла сидеть бездействуя, а сейчас -- легко. Этот процесс созерцания по-китайски – он затягивает, а в голове проносятся мысли о бренности бытия. Морю не важно, есть ты или нет: оно было до тебя и останется после, поэтому смотреть на него полезнее, чем ходить на работу. Духовность Востока основана на принципе недеяния: тот самый просветленный, кто меньше всех дергался.

Вернулись в Пекин.